Дмитрий Выдрин: Трамп сядет на лицо многим оппонентам. И о празднике Старого Нового года…

Дональд Трамп 11 января заявил, что США «так или иначе» возьмут контроль над Гренландией. По его словам, в противном случае остров может оказаться под контролем России или Китая. Политолог Дмитрий Выдрин в своем интервью для издания «Укарина.ру», как обычно, делится свежим взглядом на протекающие события. И, как всегда, заглядывает дальше остальных коллег.

Внимание: текст интервью приводится полный (в отличие от «Укарины.ру»), эксклюзивно предоставленный автором.

— Дмитрий Игнатьевич, мы говорим в вами сразу после праздника — Старого нового года. А вы его отмечали?

— А как же! Шампанское открывал лично.

— В чем вы видите смысл этого чисто русского события?

— Смысл вижу именно в русском принципе интеграции и гармонизации казалось бы несовместимых сущностей. На этом, собственно, и построен «русский мир».

В данном случае есть официальный и канонизированный Новый год — с боем курантов и выступлением президента, с «огоньками» и «С легким паром», с созвоном всех друзей и знакомых… А есть скромный, незаметный Старый новый год с домашним постпразничным застольем — для утомленных шумом и звоном бокалов людей. 

Это немного грустный праздник, как «русский вальс» Шостаковича. При этом я подозреваю, что этой полупризнанной датой мы как бы добираем крохи радости, душевности, тепла, уюта, которые как бы доукомплектовывают Новый год. У меня даже сложилось пару устойчивых ассоциаций, раскрывающих суть этого феномена.

— И в чем ассоциации, поделитесь, пожалуйста.

— Одной точно поделюсь: мой отец Игнат, военный разведчик, будучи подростком, сколотил до Великой Отечественной войны пацанскую артель, которая домывала отвалы громадных государственных золотодобывающих драг. Какие-то крохи драгметалла эти механические монстры пропускали, а ребята, оформив разрешение, их добирали.

Отец говорил, что был самым богатым школьником на Урале. Хватило выписать по почте весь набор музыкальных инструментов, кроме рояля. Играли всей бригадой в свободное время. Вот и Старый новый год как бы «домывка» эмоций, радости, пожеланий к основной массе уже озвученного добра. И нашим читателям пожелаю сложить полный комплект счастья!

— Принимается. Спасибо! А вы упомянули и про другую ассоциацию. Не поделитесь?

— Она несколько брутальна. К застолью не подходит.

— Ну а все же.

— …Лады. Был один старый сталевар. Он варил броню для танков. Очень точно соблюдал набор компонентов. Но в конце процесса не отказывал себе в шалости по …Ну, кое что добавить в котел от себя. Та броня была крепка невероятно. Старый мастер ушел на пенсию и качество брони резко упало. Пытались его копировать и в его нарушении протокола. Получалось не то. Что-то он добавлял от себя неповторимое, не выявляемое ни каким спектральным анализом.

Извините, за сравнение, но Старый новый что-то необъяснимое, запредельное добавляет в варево жизни. Делает ее органичнее и крепче, что ли…  

— Действительно, странная ассоциация. Но давайте-ка теперь поговорим о том, что и Новый, и Старый нам готовят. Трамп Гренландию заберет?

— Да.

— Хотелось бы для наших читателей подробностей.

— А зачем? В праздники вериться в чудеса… У американцев на традиционный вопрос «Как дела?», традиционно отвечают «Прекрасно» (fine). То, что именно сенатор-республиканец по фамилии Файн внес законопроект о включении острова в состав США, уже почти ответ на вопрос «Как там Гренландия?» «Файн!» 

— А если серьезно?

— Куда уже серьезнее. Есть готовый законопроект, есть страстное желание президента. Есть объективная логика обстоятельств. Впрочем, мы с вами давно уже предсказывали подобный поворот событий.

— Для нас это хорошо или не очень?

— Для нас это неизбежно. Трамп, как опять-таки мы с вами давно предсказывали, «заболел» проектом Берингова пролива. Не из-за ресурсов Арктики — это отдаленная перспектива — а в силу экзистенциальной важности Северного морского пути. 

Вскоре это будет единственный надежный трек мировых морских коммуникаций. Хаос в Иране, интриги вокруг Турецкого аналога НАТО, война в ойкумене Красного моря и пр. сделают южную логистику чрезмерно рискованной.

Миром будут править стражи Северного пути. Отсюда Аляска, «дух Анкориджа», тоннель под проливом и тд. Еще раз напомню, мы с вами писали об этом еще год назад…

— Но Трамп явно сдал назад, обвиняя Россию в окологрендланском присутствии. Он разочаровался в России как партнере по освоению Арктики?

— Напротив. Он испугался. А для «рыжих» испуг — синоним крайнего интереса. Суть его страхов в некой недосказанности. Мол, я с Россией могу через Берингов пролив контролировать вход в Арктический трек. А кто будет контролировать выход — Дания, что ли? Да, вы издеваетесь! Отсюда такой интерес Трампа к Гренландии.

— Вы согласны с такой логикой?

— Частично. Поэтому и не сомневаюсь, что остров уйдет в Американский архипелаг.

— Почему «частично» согласны? Что вас смущает?

— Потому, что бабушки маленького Дональда, что баба Лиза, что баба Мэри в отличие от моей бабы Кати не имели отношения к географии. Иначе бы он знал, что контролировать выход из Северного морского пути невозможно без Исландии. В этом плане этот сравнительно небольшой остров еще важнее, чем гигантский гренландский. И как последний он даже формально находится именно в западном полушарии.

Но ему вот-вот подскажут. Сейчас идет конкуренция за  политическое наследство Дональда Фредовича. Ясно, что наследник будет католиком. 

Даже своеобразная Трамповская трактовка доктрины Монро, предполагает усиление католической составляющей и скрепляющей Западного полушария. Соответственно выбор не велик. Католик по рождению Рубио или католик по позднему крещению Вэнс.

Кто из них первый объяснит начальнику роль Исландии и поднимет эту тему, тот и будет следующим президентом Штатов. Следите!

— Но НАТО в любом случае развалится?

— Естественно. Организации фактически уже и нет. Альянс идет лесом, точнее льдами, на собачьих упряжках. 

Трамп надудлил в натовский общий котел то, что делал дедушка-сталевар в котёл плавильный. Но, видимо, химия Трампа «не той системы». Он стар, а не суперстар. Котёл  дымит и разваливается на глазах. 

— Ну раз мы с вами ушли в такие аналогии — видимо длинные праздники сказываются — то какие ассоциации у вас вызывают обострившиеся споры американца с европейскими лидерами?

— Хороший вопрос. У меня мелькали различные аллюзии и всё не знал куда пристроить. Когда-то изучал архивы царской охранки. Много там чего интересного и поучительного. Наткнулся на забавный факт. 

Чинам охранки нельзя было применять силу к представителям «высших слоев». Но выбивать показания о «бомбистах» как-то надо было. И вот начальник полтавского отделения придумал просто садиться на лицо тем, кому «выписана пидозра». Типа, задумался служивый и сел в камере прямо на светлый лик лежащего подозреваемого. Своим необъятным духовитым седалищем. Больше минуты мало кто выдерживал.

Трамп крупный мужчинка. Норовит присесть то на задорный петушиный профиль Макрона, то блинообразную пресную маску Стармера, то на истинно арийскую личину Мерца. Даже не против галантно поерзать «пятой точкой» на фарфоровой улыбке Урсулы…Не выдержат они долго.

— Брр…Представила и стало не по себе. Давайте все же закончим, чем-то более домашним. Что в Новом году вас уже впечатлило? 

— К сожалению, впечатления пока все больше негативные. Потряс, например, удар дронами ВСУ по новогоднему застолью в поселке Харлы. Мне об этом необычном селе рассказывал еще Виталий Жолобов. Этот космонавт, герой Союза, был губернатором Херсонщины в начале девяностых. Правда, термин «губернатор» тогда еще не прижился.

Он и поведал удивительную историю. В Харлах  похоронена София Фальц-Фейн. Она была автором концепции реновации империи. Они с родственниками пришли к выводу, что империи необходимо интенсивно развивать внутренний рынок и принцип самодостаточности. 

Мудрая София (извините за тавтологию) сделала акцент на важнейшей составляющей внутреннего рынка — местной логистике. Одесса была экспортным хабом, а из Харлов баронесса, пыталась сделать хаб внутриимперский. Ее пароходство с незамерзающим портом в Харлах обслуживало внутренние торговые и пассажирские линии.

А родичи параллельно создавали биосферный заповедник Аскания-Нова как символ того, что в России, как в Греции, «всё есть». Ну, пусть не «родина слонов», но «родина зебр» и, даже, лошадей Пржевальского. То есть культурную безграничность России они органично добавляли безграничностью фауны. 

Если б эту великую даму не застрелил по недомыслию одесский Швондер, судьба державы могла бы сложиться иначе. Но, что случилось, то случилось. Тем более, что одессита тут же покарали за самоуправство. 

Сейчас я абсолютно уверен, подобные идеи будут востребованы. Возможно, киевская власть это интуитивно чувствует и наносит превентивный удар. Просматривается та же логика, что и при ударе по Судже, откуда на Украину пришли нарративы русского мира. 

— А вы не видите ли некой связи женщин, которые «могли бы изменить мир»? Я имею в виду баронессу и «газовую принцессу» Юлию Тимошенко. Она ведь тоже хочет мир изменить, за что и страдает как возможный конкурент Зеленскому.

 — Аналогий не вижу. София мир хотела изменить, а Юля свой мирок. Различные масштабы, различные мотивы, различные судьбы и роль в истории. Да, это совсем другая история…